Showing posts with label Обратно он не придет. Show all posts
Showing posts with label Обратно он не придет. Show all posts

Monday, November 12, 2012

Еще немножко об Екатерине Мурашовой

О трех знаменитых книгах Екатерины Мурашовой «Класс коррекции», «Гвардия тревоги» и «Одно чудо на всю жизнь» говорено и немало, а вот ранние ее повести гораздо менее известны. Сборник «Барабашка – это я» назван по имени одной из двух повестей, однако, сейчас речь пойдет о второй повести, «Обратно он не придет!»

Написанная в 1991 году, повесть (у нее есть и другое название – «Полоса отчуждения») рассказывает о двух детях, фактически сиротах при живых родителях, Васька – «лишенец», его мать лишили родительских прав, а Жека – «отказной», от него мать отказалась, когда ему и двух лет не было. Мальчишки сбежали из детского дома и бродяжничают. Васька – старший – кормит маленького Жеку, заботится о нем, как о родном брате. Вполне домашняя девочка Ольга (впрочем, у нее тоже неприятности – родители недавно развелись) совершенно случайно оказывается вовлеченной в жизнь Васьки и Жеки, обитающих в «полосе отчуждения» у железной дороги за Московским вокзалом в Санкт-Петербурге. Прямо в городе, где жизнь идет своим чередом, ютятся двое бездомных детей. И никто, кроме такого же, как они, ребенка, не готов им помочь.

В этой повести нет еще элементов магического реализма, пронизывающих более поздние произведения Мурашовой (однако, в другой повести, «Барабашка – это я», вся история строится именно на фантастическом элементе). Тем не менее, такое типичное для Екатерины Мурашовой столкновение «чистеньких деток» и «детей улицы» появляется уже там. И выясняется, что не только Ольга может помочь Ваське и Жеке – принести еды и одежды, почитать вслух и даже раздобыть лекарство. Оказывается, что Ольге также позарез необходимы Васька с Жекой, что именно им удается пробить брешь в стене одиночества, которую она так старательно возвела вокруг себя. И как в «Гвардии тревоги» и в «Одном чуде на всю жизнь», становится понятно, что детей обычные взрослые барьеры не разделяют, или, по крайней мере, если можно использовать фразу, чаще употребляемую в совсем ином контексте, их «перегородки до неба не доходят».